«ПОСЛЕДНИЕ МАНОВЕНИЯ ОСЕНИ»

Презентация повести.

Стояла поздняя холодная осень. Пролетал снежок, но земля ещё не была им покрыта. Шрамлиц ехал в своём видавшем виды стареньком потрёпанном автомобиле по прекраснейшему автобану. Машину слегка покачивало. Он навещал больного профессора Прейзера. Бедный профессор трижды выбрасывался из окна, но яд переданный из Центра связным действовал всего лишь как крепкое снотворное.

Прейзера, всего покалеченного, переправили в загородный госпиталь глистапо. Шрамлиц навещал его как следователь глистапо и незаметно передал ему настоящий яд (проверенный на любимой собаке толстяка Двормана. А как она корчилась! Жаль, что недолго). Ему стало жалко профессора. «Бедняжка, он так мучается физически и так страдает морально. Ведь фактически по его вине были провалена самая лучшая в Перлине явка. То ли дело — пастор Платт. Ну, тоже набедокурил и смело ушёл на подпиленных лыжах в Альфы. Лежит где-нибудь под снегом и не мучается как Прейзер. Это всё-таки намного гуманнее.

А какие лыжи сделали для Платта в Центре! Они ломаются только при угле наклона 32 градуса и скорости 38 километров в час. Мастерил сам полковник в отставке Буликин. Он ещё с Чуваевым плавал по Уралу, мастерил ему спасжилет…

Шрамлиц ехал и думал. Усталость давала знать о себе. Он уже три ночи не спал. Эта радистка Тэт не давала ему, а ему хотелось быть с ней тэт-а-тэт. Она не давала ему отдохнуть, а всё приставала. Привставала и просила ещё и ещё разок — ей это доставляло огромное удовольствие. Сначала левой рукой, потом — правой, потом двумя сразу. И так до самого рассвета. Утром, измождённые, они ложились отдохнуть (Тэт на диван, Шрамлиц — на матрасе в углу), а в голове всё стучало — точка-тире, точка-точка-два тире… Уже три ночи подряд они изучали азбуку Ёрзе. Центр ждал связи. Надо срочно позвонить Тэт и узнать, не было ли шифровки из Центра от Глистаса. Откуда же позвонить?

Глаза уставшего разводчика самопроизвольно закрывались. Был, конечно, соблазн — остановиться и соснуть минут двадцать. Но Шрамлиц хорошо помнил, чем закончилось такое малодушие в прошлый раз. В то время, когда он отдыхал, (а голос Фимы Кореляна за кадром вкрадчиво говорил:» Шрамлиц спал, но не знал, что через 20 минут, когда он проснётся…»), у него снимут колёса, двигатель, трансмиссию и коробку передач…

Прочитать повесть полностью можно ЗДЕСЬ.

Предыдущий номер | Следующий номер

КЛВГ | Все выпуски газеты