«ПОЛИТИЧЕСКИЕ СТАТЬИ»

Путину уже страшно

Наталья Геворкян, российский журналист

Наталья ГеворкянПозвонила моя любимая Труди Рубин, американская журналистка, автор вопроса Who is mister Putin?: «Как ты думаешь, на него (героя её вопроса) санкции вообще производят какое-то впечатления или ему всё равно? Он как-то будет реагировать? Что вообще способно повлиять на него, чего он реально боится?»

Отличие американской колумнистики от российской состоит в том, что они там обязательно должны дать ответ на вопрос: «Что делать?» А у нас, как известно, это самый популярный риторический вопрос. Я понимаю, почему она спрашивает. С марта «Крым наш». Запад по этому поводу не успокаивается и всячески даёт понять, что не успокоится. Запад думает, считает, спорит и мучительно согласовывает поэтапные санкции в ответ на неожиданный выход Путина за границы разумного, то есть на территорию суверенного государства и оттяпывания части этой территории в пользу России.

Пока Запад думает, загорается Южная Украина, правда, ненадолго. Восточная же Украина превращается в некое подобие Палестины – в тлеющую конфликтную зону, где мирная жизнь соседствует с какими-то партизанскими вылазками, в которой холодная стадия сменяет горячую и где поддерживают напряжение приехавшие из России ребята, считающие, что это неплохое место – не важно, что иностранное, – чтобы проявить тут свой русский патриотизм. Жертвами этой странной войны, которую Россия якобы не ведёт, становятся не только граждане Украины и России. Список жертв пополнили совершенно далёкие от всех этих наземных битв между двумя бывшими республиками бывшего СССР граждане кучи государств, летевшие в малайзийском «Боинге», которые даже не знали, над чьей территорией настал их последний миг и которым точно не было никакого дела до геополитики Путина.

Можно было ожидать, что после этой трагедии все схватятся за голову. Одни возьмут шинель, пойдут домой. Другие научатся говорить с собственными восточными провинциями. Третьи сядут за стол переговоров с четвёртыми. После кошмара наступит хотя бы мир, для начала. Третий и четвёртый этап санкций станет неопределённой перспективой. «Крым наш» – висящей проблемой, о которой никто не забудет, но главное всё же, чтобы не было войны.

Ничего подобного. И после сбитого «Боинга» никто не взял шинель и не ушёл. И патроны подвозят. Запад логично вводит новые санкции (по мнению одних, достаточно болезненные, по мнению других – не достаточно). И дальше что? Путин практически никак не реагирует. Вербально – да, и то как-то лениво, для проформы. Ему всё равно, он, извините, на всё положил? Он готовится к большой войне? Он не знает, что делать? Он не может повлиять на ситуацию? Он действует по какому-то одному ему известному плану? Он не в состоянии просчитать последствия? Он готов угробить страну, лишь бы не отступить, не потерять 20 процентов от своего 85%-ного рейтинга?

Я понимаю, почему Труди спрашивает. А кто не спрашивает? В последние пару дней германская разведка слила, что в окружении Путина усиливается борьба за влияние на президента между силовиками и, скажем так, бизнес-экономистами, то есть теми, кто понимает весь масштаб последствий конфронтации с Западом и санкций, нынешних и будущих. Одновременно FT цитирует источник в Кремле, который говорит, что отсуженные ЮКОСом 50 миллиардов долларов – «незначительный факт» на фоне «грядущей войны в Европе».

Андрей Колесников, который видит Путина, а тот его едва ли не каждый день, замысловато, на мой взгляд, советует своему президенту через коммерсантовское радио пересмотреть после сбитого над территорией, контролируемой «бойцами сопротивления», пассажирского самолёта отношения с этими самыми бойцами и отказаться от них. То есть где-то там в Кремле и очень близко к нему одни бредят войной, другие – миром. К чему склонится ВВП, непонятно. Что на него может повлиять и как именно, совсем непонятно. А если американская разведка согласится с просьбами украинцев и начнёт предоставлять им свои разведданные, в том числе спутниковые, о расположении ополченцев, передвижении оружия и проч. в Восточной Украине и на границе с Россией? Такая вовлеченность американцев как-то подействует на Путина?

На мой взгляд, российская пропаганда тут же обвинит американцев в гибели мирных жителей (естественно, оставив за кадром, что вообще-то они гибли и до этого как раз из-за присутствия так называемых ополченцев, которые и превратили эту часть Украины в зону боевых действий). Американцы станут стороной в конфликте и тут же окажутся виноватыми во всём. Как всегда. Причём так будет даже в том случае, если – ну, представим на секунду – Путин сегодня реально заинтересован в окончании этой войны – не войны. Путин не может дать указание «бойцам сопротивления» свернуться и вернуться, потому что он их не хочет на территории собственной страны, где они могут продолжить с оружием (Россией же предоставленным) в руках проявлять своё понимание патриотизма и национальной гордости. К тому же бойцы эти уже запятнаны кровью сотен людей на необъявленной формально войне, то есть они вполне себе гражданские преступники. Не комильфо иметь с ними дело.

Можно прекратить финансирование, это можно. Но подозреваю, что далеко не все там сражаются и гибнут за деньги. Спасибо российской пропаганде и реанимированной боли под названием «фашизм» (украинский, конечно же, на этот раз). Несчастные молодые и не очень люди в порыве праведного гнева рвутся уничтожить «фашистскую гниду». Я тут увидела перед каким-то сериалом в онлайне рекламу «Славянский полк». Это как раз про это – приходите и идите с нами воевать. С фашистами. В Украине.

Короче, нет у него хорошего выхода из этой ситуации. И плохого даже нет. И разорвать отношения с этими бойцами он не может, даже если расследование докажет их причастность к сбитому «Боингу». Порвать можно формальные отношения, оформленные и скреплённые печатью. А тут просто «до свидания» не скажешь. Путин не может прекратить развязанные с его ведома и с помощью, и при поддержки России конфликт на востоке Украины, чего от него требует Запад и за что, в том числе, наказывает Россию санкциями.

Сбитый малайзийский пассажирский самолёт стал для Путина его пожизненным кошмаромСбитый малайзийский пассажирский самолёт стал для Путина его пожизненным кошмаром. Возможно, подставой. Возможно, ошибкой, ответственность за которую мир уже возложил на Путина из-за его политики в регионе. Единственный выход из положения, как мне кажется, для него – отдать формальный приказ закрыть границу с Украиной, перестать перебрасывать в Восточную Украину оружие и людей и тупо ждать, когда оставшихся там бойцов-ополченцев перебьют, просто физически уничтожат. Нет человеков – нет проблемы.

Звучит ужасно, но иного выхода президент России себе не оставил. Поэтому, мне кажется, он и ведёт себя так неопределённо, не особенно реагируя на всякие внешние сигналы, оставляя впечатление, что ему всё по фиг и ничего не страшно. Я думаю, что Путину страшно. И не верю ни в какую «войну в Европе», которую Россия просто не потянет, потому что «война в Европе» – это не война с Грузией и не война с Украиной, это война с Европой. Он затаился, как обычно в кризисных ситуациях, и ждёт естественного и циничного конца этой заварухи, который, возможно, позволит стране перейти из режима «под санкциями» в режим каких-то более или менее переговорных отношений с внешним миром. Но который не изменит негативного отношения к нему лично со стороны традиционных международных партнёров, потому что оно уже не изменится НИКОГДА.

Вы можете поделиться ссылкой на эту страницу со своими друзьями в Я.ру, в Одноклассниках, в Контакте, в Facebook, в Twitter, в Моём мире, в Live Journal, в FriendFeed, в Моём Круге.

Источник: http://ru.krymr.com/content/article/25476529.html